Договор страхования и милосердие…

ДМС медстрахованиеНа прошлой неделе широкий резонанс вызвал случай со смертью российского туриста в египетской больнице. Повышенное внимание к этой, к сожалению, ставшей почти стандартной, ситуации (отдых-алкоголь-драка-смерть) вызвала первичная информация о том, что смерть наступила в результате принудительного отключения египетскими врачами аппарата ИВЛ не получившими оплату за свои услуги ни от родственников, ни от страховой компании. При этом страховщик (правомочно!) отказался признать событие страховым случаем по причине нахождения пострадавшего в состоянии алкогольного опьянения. Как результат — волна «народного гнева» в очередной раз обрушилась на страховщиков. И хотя МИД РФ в последствии заявил, что потерпевший скончался от полученных травм и аппаратура работала до самого последнего момента, но эмоции и вопросы остались.

Основной вопрос — должен ли страховщик спасать жизнь своего клиента за пределами возможностей, очерченных договором страхования?

Будем говорить исключительно об угрозе жизни человека за границей, потому что только в случае смерти исправить уже ничего нельзя, а на территории своей страны включаются иные механизмы и возможности.

Начнем с того, что, с учетом мнения некоторых экспертов, полностью исключать подобные ситуации нельзя, хотя и верится с трудом, что медики любой страны, не получив денег, откажутся от спасения жизни или хотя бы ее поддержания.

Любой человек, выезжающий за границу, полагается на свой полис. Однако не все осознают, что страховая компания не выступает меценатом и осуществляет защиту в соответствии с законодательством и заключенным договором, в котором указано когда страховщик платить обязан, когда нет, а когда выплата остается на его усмотрение. В любом договоре есть перечень страховых случаев и исключений, кроме этого, есть лимит (страховая сумма), в пределах которого компания выполняет свои обязательства.

Именно в исключениях и ограничении покрытия кроются основные «риски» для застрахованных. Пострадавший в Египте турист попал на «исключения» — был пьян, но аналогичная ситуация могла сложиться и при нехватке страховой суммы, например, сумма по полису 50 000 USD, а стоимость медуслуг 70 000 USD.

И все-таки вопрос — должен или нет, страховщик спасать жизнь своего клиента, невзирая на условия договора страхования? На мой взгляд, должен.

Да, он вправе определить каким способом это сделать — оплачивать услуги иностранной клиники или оплатить доставку клиента на Родину. В критической ситуации именно страховщик обладает наибольшими материальными и юридическими возможностями для спасения человека, а также достаточной мобильностью и весом для «подталкивания» соответствующих госорганов, но никак не родственники, которых поблизости может просто не оказаться. Уточню — страховщик и посольство. Ведь государство декларирует защиту интересов своих граждан, имеет соответствующие возможности и фонды. Именно эта пара отвечает за то, чтобы человек остался жив, невзирая на обстоятельства. Все остальное вторично.

При этом, страховщик должен обладать юридическими механизмами для защиты своих финансовых иинтересов. Например, право последующего требования к застрахованному или его родственникам, какие-то компенсации со стороны государства или налоговые льготы на  выплаченные сверх лимитов суммы. Кроме этого, страховщики, продающие «медстраховки для выезжающих», могли бы создать какой-нибудь «Фонд спасения жизни застрахованных» и за счет него осуществлять подобные спорные или сверхлимитные эвакуации на Родину или оказание медпомощи за границей. Хорошей считаю идею установления минимального взноса и лимита по таким полисам. Негоже, когда страховка стоит 2-3 USD и люди, купившие тур за 1-3 тыс. USD, еще и умудряются экономить, занижая до критического минимума страховую сумму.

Конечно же можно говорить о том, что «сам виноват», «никто не заставлял пить», «сам купил такую маленькую страховку», «внимательно читаем договор» и т.п. — это все правильно — люди, зачастую, не думают о последствиях. Но когда есть реальная угроза жизни человека, на мой взгляд, на первое место должны выходить сострадание и т.н. «социальная ответственность бизнеса». И это не стимулирование иждивенчества — это проявление гуманизма. Думаю, что такие подходы в итоге окупятся и финансово.

День памяти жертв ДТП и ближний свет…

Страховой случай 4Сегодня отмечается Всемирный день памяти жертв ДТП — надо заострить внимание людей на проблеме смертности и травматизма в результате дорожных аварий.

Мы проводим за рулем достаточно большое число времени, но каждый конкретный водитель, к счастью, с авариями лично сталкивается не часто. Но если взглянуть на общие цифры, то они просто ужасны — по данным ООН в мире погибает в ДТП более 1,2 млн. человек, травмы получают десятки миллионов. И вот на фоне этого у меня появилось две мысли.

Первая. Сегодня — 16 ноября — ГАИ призывает всех водителей включить ближний свет фар в память о жертвах ДТП — абсолютно верное решение. Аналогичные призывы звучат в дни начала/завершения школьных каникул, что также верно. Но у меня возникает вопрос — если всем, особенно ГАИ — службе, которая непосредственно «разгребает» все ДТП и их последствия, очевидно, что ближний свет днем — это повышение безопасности, то почему за 11 лет с момента отмены никому не удалось (или никто не пытался?) убедить Лукашенко вернуть «ближний свет» на наши дороги? Или у нас дорожная обстановка лучше чем в Европе и ездим мы аккуратней?

Кстати, с момента отмены «ближнего света» общее число всех видов транспортных средств в Беларуси с 2004 по 2013 год выросло на 35,4%, при этом рост числа легковых авто граждан на 60,2%, предприятий на 18,5%. Думаю, что существенно выросла доля новых автомобилей, в которых включение ближнего света предусмотрено автоматически. Да и вообще, говорят, что люди стали жить богаче, парк обновился, выросла средняя стоимость автомобиля. Может пора перестать «экономить на лампочках» и снова вернуться к этому вопросу?

Вторая. Буквально сегодня утром смотрел сюжет об очередных автоновинках и обратил внимание, что при представлении почти каждой модели, корреспондент делал упор на ее мощностные и скоростные характеристики. Производители увеличивают мощности новых автомбилей. Для каких целей? Ведь основная масса все равно будет передвигаться по дорогам массового использования и в городах.

Да, говорят, что средняя мощность растет за счет роста продаж кроссоверов и внедорожников, но растут мощностные характеристики и в рамках одной модели. И я не говорю о суперкарах, типа Ламборгини. Например, популярный Джаз от Хонды — до 2008 г.в. — 83 л.с. и разгон 14,1 сек. до «сотни», в модели с 2011 г.в. — уже 100 л.с. и 12,6 сек; популярный у молодежи Мини Купер эволюционировал в этих показателях со 175 л.с. и 7,1 сек. до 192 л.с. и 6,7 сек. соответственно; «домашний» Golf с движком 1,6 в мощности почти не вырос — со 102 л.с. до 105 л.с., зато в динамике сбросил почти 2 сек. — с 12,5 до 10,7.

Но вся эта «избыточноть» в итоге выезжает на дороги, создавая дополнительные риски, добавляя в дорожное движение драйва и агрессии, рождая ДТП, подобные недавней аварии на ул.Ванеева в Минске, когда неопытнй водитель не смог «обуздать» 345-сильную мощность своего Доджа или наезду на остановку на ул.Есенина БМВ под управлением пьяного водителя, что в каждом случае привело к двум смертям.

Думаю, что «приструнить» производителей вряд ли удастся — они следуют пожеланиям покупателей, но вот иметь возможность принудительного занижения (за счет установки специальных технических устройств) мощности и скорости для автомбилей нарушителей ПДД было бы неплохо. Также давно, на мой взгляд, напрашиваются в серийном исполнении устройства, определяющие алкогольное и наркотическое опьянение водителя, и не позволяющие ему принять участие в дорожном движении при положительном результате проверки.

Сила духа…

FIL194Только я собрался с мыслями, чтобы прокомментировать постановление Национального банка о регулировании тарифов на эквайринг (прием к оплате пластиковых карточек) и инкассацию, как его отменили. И хочется пару слов сказать именно об этом, ведь не часто в нашей стране так оперативно отменяются спорные нормативные акты, тем более, под давлением деловых сообществ. Возможно основную роль в отмене сыграло не единодушное «возмущение» бизнеса, а собственный более глубокий анализ ситуации, но, на мой взгляд, Нацбанк показал, что «умеет слышать». И это действительно отрадно, т.к. в большинстве случаев приходится сталкиваться с совершенно иными подходами, когда решения принимаются без учета мнения деловых кругов и «продавливаются» невзирая на потери.